52 предложения со словом «бьем»

Дело не в том, что мы не бьем, когда есть шанс получить очки, мы не бьем вообще.

бить, бить, бить его жестким пластиковым футляром.

В силу своей мальчишеской логики мы не понимали, как это можно бить того, кто явно слабее, или втроем бить одного, или всем классом бить троих.

Мы вот здесь живем мирно, – продолжал первый варяг, – ловим рыбу, зверя бьем, а что мы ушли из родов ваших, так до этого никому дела нет.

Я был с ним на японской войне, а теперь вместе бьем австрийцев.

Челом бьем батюшке Федору Никитичу!

Мы бьем челом великому государю, чтоб великий государь пожаловал нас, велел вины наши нам простить и отпустить нас на Дон!

Челом бьем и усердно просим любить нас и жаловать и быть к нам во всех делах милостивцем!

Челом бьем тебе, государь, великий князь.

«На милости государской бьем челом и служить всем Войском Запорожским рады вечно, и он, великий государь, пусть нас не выдает своим неприятелям».

А здесь посмотри на нас, кого мы только не бьем…

Вот основа буржуазной семьи, по которой мы бьем непосредственно.

Мой собеседник обдумывает предложение, и, если его все устраивает, мы бьем по рукам.

Он отрывается от своих книг и видит, как мы бьем баклуши и мелем вздор.

мы же их из пушек бьем, как умеем, а иногда табуны диких лошадей дозорные за татар принимают.

Мы только сделаем вид, что тебя бьем, а на самом деле ты и не почувствуешь ничего.

Бьем себя сильными струями, вода нещадно колотит, не дает дышать, лупит по всему телу и помогает не думать ни о чем!

Мы вместе преследуем зло, бьем мерзавцев, прячущихся за ветряными мельницами и в бурдюках с красным вином – вот счастье-то, верно? 

Ср.: «Бьем жидов, нехристей, крутых.» – рекламный перечень услуг РНЕ.).

Мы, русские, живем в Сибири, и вот, смотри, здоровые, крепкие и вас бьем.

И что нам прикажут отцы-командиры, мы туда идем – рубим-колем-бьем…

Хотелось завыть, закричать и бить, бить в ту железную дверь, чтобы отперли, открыли, чтобы поняли, наконец: мы ведь тоже хотим!

Я сам пронес его через поле, и вот сейчас остановился и не знаю: бить или не бить?

Бить и бить по его мощной челюсти и по тяжелому телу.

Бить, бить и вставать над их прахом?

Бить – так бить, вспоминай всей генеральской сволочи до дна!

Я напал на этого человека, велел его с товарищи бить плетьми, затем велел бить…

какой не чинить, напрасно не бить, не грабить и не разорять, и буде кто станет кого напрасно обижать или бить, и тому чинить смертную казнь;

Прикажешь бить, мать, – будем бить, прикажешь отдать девушку – отдадим.

Она бьет, бьет, бьет тебя, бьет меня без остановки и жалости.

В его мозгу в эту секунду наверняка происходил сложный мыслительный процесс: «этого бить или не бить?»

Он разгоряченный, взбешенный, ринулся к ней с одним только желанием бить ее, бить до изнеможения.

А потом его будут сильно бить, даже не бить, а, вероятнее всего, пинать ногами, как надувной шарик, вот только улететь ему не удастся.

Будем ёрзать, нервничать, суетиться, переживать, газовать, бить по тормозам, и снова поддавать газку, и снова бить по тормозам и ёрзать…

Сколько раз он представлял себе, как размозжит этот череп, как будет бить, бить до тех пор, пока не превратит в кровавое месиво.

Всё время приходится шекспирить – быть или не быть, пить или не пить, бить или не бить.

Как они нас всю жизнь били, так и я их бью и бить буду!

Он улегся в словоблудии, как в пуховом гнездышке, и высиживает щекотливый вопрос: бить или не бить?

Как-то приходит Степан в хорошем настроении и говорит, что фашиста надо бить и бить беспощадно с оружием в руках.

Так ему, говорят, и надо: мы знаем, говорят, за что бьем.

Если уж сейчас отступаем и бьем – то при наступлении вдесятеро больнее бить будем!

Значит, мало мы их, гадов, бьем, так, что ли?

Бьем вам челом, – повторяли они.

И вот в особо важных случаях мы бьем в эти инструменты, и братья тотчас же являются сюда.

Как результат – мы бьем красных и на земле и в воздухе.

А так только попусту ноги бьём.

а мы бьем Лето в бубен, несмотря на его крики, еще и еще, сильней и сильней.

У жены отпуск в летнее время, а у нас на стройках, как в поле, самая страдная пора – бьём-колотим, время торопим!

Да, мы не горим (то есть излучаем сумрак) и больно бьем током любого, кого приводит к нам реальная человеческая нужда.

Мы просто играем, не правим, не бьем иноверцев.

Опять бьём Сохатого – не берёт воз!

Мы крепко бьем врага на подступах к Ленинграду!