52 предложения со словом «валиде»

И смерть валиде, и убийство Ибрагима, и смерть великого муфтия Кемаль-заде.

Если бы это произошло еще при жизни валиде, неизвестно, что было бы с Роксоланой, как перенесла бы это она и пережила, несмотря на всю ее твердость.

Это было еще в то время, когда у нее не было власти, при жизни валиде и Ибрагима.

В Манисе Ибрагимовыми соперниками были только две женщины – мать Сулеймана валиде Хафса и любимая жена Махидевран.

Впрочем, остерегаться он должен был только валиде, ибо она имела власть над сыном таинственную и неограниченную.

В Стамбуле валиде приобретала силу еще большую, но тут появилась соперница самая страшная – держава, империя.

Подумал, и осенило его: валиде!

Надо посоветоваться с матерью султана, валиде Хафсой, всемогущественной повелительницей гарема падишаха.

О чем он тоже слышал из уст самой валиде.

Передай валиде, – сказал он утром кизляр-аге, – что я просил бы ее выслушать меня.

Валиде Хафса поначалу опасливо присматривалась к шустрому греку, остерегаясь, как бы он не навредил ее сыну.

Валиде позвала Ибрагима тогда, когда у него стало исчезать желание поделиться с нею своим намерением.

Но откуда же было знать валиде о странном намерении Ибрагима?

Наконец валиде решила, что молчание затянулось.

Ибрагим пытался уловить хотя бы отдаленное сходство между валиде и Сулейманом.

Он чувствовал отчужденность валиде и понял, что она приготовилась в случае чего и к отпору, и к мести, хотя внешне была сплошная доброжелательность.

А поскольку валиде молчала, то ли не желая отвечать на слова Корана, то ли выжидая, что Ибрагим скажет дальше, добавил:

спросила валиде, и теперь уже не было никакого отступления.

Валиде снова погрузилась в молчание, теперь особенно длительное и тяжелое для Ибрагима.

Валиде строптиво вскинула голову.

В сорок два года она уже валиде.

Поклонился валиде, проводил ее до перехода в святая святых.

Кажется, валиде Хафса была этим весьма обеспокоена, побаиваясь, чтобы сын не пошел в своего отца и не порвал с женским миром насовсем.

Пожалуй, знала до конца своего сына лишь валиде Хафса.

Валиде Хафса не могла полагаться на случай.

Воспользовалась же разгромом мамелюцких султанов Египта совершенно неожиданно валиде Хафса.

Валиде едва сдерживала дрожь, пронзавшую все ее тело.

Разве выпросить ее у валиде для самых унизительных прислуживаний?

Живо одевайся, тебя ждет ее величество валиде! 

Когда Настася увидела валиде Хафсу, ее потемневшие губы и жутко бледное лицо, поняла, что есть люди, которые никогда не смеются.

Валиде сидела на толстом белом ковре, обложенная парчовыми подушками, вся в темном, как и ее губы, жесткая и немилосердная.

Ужасная роспись стен в холодных, как глаза валиде, красках.

Валиде указала Настасе, чтобы та села возле одного из столиков.

Валиде не замечала чужих переживаний.

Валиде хлопнула в ладоши, и в покое, неведомо откуда взявшийся, появился черный кизляр-ага, знакомый Настасе с ночи.

Когда валиде махнула рукой, чтобы они уходили, Четырехглазый буркнул девушке на ломаном славянском:

Валиде неутомимо отдавала приказания.

валиде привела султанских сестер Хафизу и Хатиджу, ожидание было тягостным, напряженным, невыносимым.

Валиде усмехнулась чуть заметно, Махидевран засмеялась неприкрыто, султанские сестры переглянулись с улыбкой в глазах.

Разве что завистливые взгляды, и ненависть Гульфем, и еще большая ненависть Махидевран, и нескрываемое удивление всегда невозмутимой валиде.

Поднялась валиде, поднялись султановы сестры и Махидевран.

С этим именем она должна была вскоре предстать перед всемогущей валиде.

Не надо про Хуму, – вмешалась валиде, сбрасывая с себя сонливость, в которую погружалась под монотонное журчанье голосов.

не послушалась Хафиза, видимо, не любившая валиде. 

Бали-бек покрыл себя неумирающей славой под Белградом, – сказала валиде, – негоже трепать языком о его жене.

Четырехглазый нашел взглядом валиде, направился к ней.

Кизляр-ага поклонился валиде, прижав сложенные лодочкой руки к груди, печально произнес:

Спокойствие сохраняла, пожалуй, лишь валиде.

Так рассуждала мудрая валиде, спокойно наблюдая временное увлечение своего сына маленькой украинкой.

Валиде позвала Махидевран, ослепленную горем смерти своих детей, и спокойно сообщила ей о том, что происходит в гареме.

Валиде рвалась к султану – он ее не принимал.

Хюррем все же оставалась во власти валиде.