52 предложения со словом «классик»

Хороший классик – мертвый классик.

Это была женщина-классик, женщина-меценатка, действовавшая в видах одних лишь высших соображений.

Ярыга Огонек-классик кричал отцу:

Первым погибнул в городе Огонек-классик, честный ярыга, спившийся студент, – умер, – повесился, оставив записку:

Огонек-классик умер пред новой зарей.

Сын Митя, классик, только что перешел в седьмой класс.

ООО Группа Компаний «РИПОЛ классик», 2015

Я классик по образованию, но в споре этом я лично не могу найти своего места.

Как советский классик выразился: «Налево посмотришь – мамочка мать!

Ответ всегда можно найти у классиков, на то они и классики, их произведения всегда живы в любую эпоху.

Посмотрите на нее с ее дипломом, и она при этом классик, – что же она извлекла из своего классицизма?

Но он полагал, что мистер Стеллинг был отличный классик;

Классик французской литературы скончался после того, как сбылась его главная мечта, и он наконец женился на овдовевшей Эвелине Ганской.

Гаяз Исхаки – величайший талант, классик татарской литературы, гордость нации.

Особое влияние на ее творчество оказал классик англо-американской литературы Генри Джеймс.

Уолпол тоже классик, – не сдавался Билл.

Кроме того, как издатель, Бальзак решил издавать классиков, Мольера и Лафонтена, положив начало всеобщему чтению классики.

Садись, классик, кушать подано!

Ты до сих пор не поняла, почему Веничка Ерофеев – классик?

Когда ты успеваешь повести строгать, классик?

Неси на себе печать счастливой солидности, классик.

Не забывай, классик, нас ждет женщина.

Но Брекли – теоретик, классик!

Сосюра – классик украинской советской литературы.)

Стефан Цанев – сегодняшний болгарский классик, поэт и драматург – мой старинный друг.

Следует отметить, что путевку в литературу молодому поэту и прозаику Мирону Изаксону дал классик ивритской литературы поэт Ури-Цви Гринберг.

«Классик» разместился в здании, которое некогда предназначалось для первого и лучшего кинотеатра города.

«Классик» нашел себе местечко в просторном подвале, который по мрачности не уступал любому готическому подземелью.

В первые мои студенческие дни зрителями в «Классик» была университетская элита с искусствоведческих отделений – сплошь завзятые киноманы.

С фанатической педантичностью они ходили на все, что крутили в «Классик», в котором верховодил тип одной с ними породы, только поколением старше.

Шарки и его подружка Клер с трудом поддерживали «Классик» на плаву одной только своей бескорыстной любовью.

«Классик» был для них средством привлечения в долю других людей, чтобы платить за аренду и смотреть то, что им хотелось смотреть.

Что же тогда тянуло в «Классик» и к его элитным зрителям такого наследственного бурбона, как я?

В первое время, заходя в «Классик», я почти не делал различий между бесцветной Клер и мебелью в зале.

Наша первая встреча за пределами холла «Классик».

Но начиная с того вечера, направляясь в «Классик», я каждый раз с нетерпением ждал того мгновения, когда возьму билетик из рук Клер.

Мы его не показывали в «Классик» уже четыре года.

«Классик» стал болотом, которое засасывало ее в безвестность.

Закончив печатать ее записки ко второму показу фильма в «Классик», я сказал ей, что ужасно удивлен.

Она отмела мои возражения, сказав, что настоящее образование я получаю здесь, в «Классик», и оно включает ту поденную работу, которой я занимаюсь.

Прежде всю эту работу, необходимую для нормального существования «Классик», делала она.

В тот вечер я ушел из «Классик», исполненный уверенности, что все эти россказни – просто упражнения Шарки в свойственном ему сюрреалистическом юморе.

Если бы я беспокоилась из-за каждого сумасшедшего, который заглядывает в «Классик»…

Это был год «Венецианского пурпура» – одной из вех в истории «Классик».

Через неделю после вынесения приговора «Венецианский пурпур» триумфально вернулся в «Классик».

Я думаю, именно в этот момент Клер впервые серьезно подумала о том, чтобы избавиться от «Классик» и ступить на новую стезю.

Потребовалось еще три-четыре звонка и выкручивание рук, прежде чем Шарки согласился прийти в «Классик» в среду ближе к вечеру.

Он вытолкал нас из «Классик» к Мойше, куда мы вошли через заднюю дверь.

Конечно, мы будем показывать его в «Классик» – эксклюзивный показ, который станет одним из выдающихся достижений Клер.

Впервые я почувствовал что-то вроде удовлетворения, вероятно, сродни тому, что получила Клер, руководя «Классик».

Мы даже заслужили благодарность – один из завсегдатаев «Классик» задержался после сеанса, чтобы заметить:

на меня-то и легла основная нагрузка) потащили кресло вниз по ступенькам в так называемый вестибюль «Классик»;