52 предложения со словом «макиавелли»

Да уж так хитер, что сам Макиавелли перед ним, пожалуй, новичком покажется.

но Принстон вдохновлял его, и впереди ждало много такого, что могло разбудить дремавшего в нем Макиавелли – лишь бы за что-то зацепиться для начала.

Я думал, что нашел себе оруженосца, а он оказался моим Макиавелли.

Злые языки приклеили Гопкинсу ярлык «помеси Макиавелли и Распутина из Айовы».

Ладно, пусть он ее отвлечет, тоже не вредит, сплошные “кошки с мышками”, сам себе противен делаешься, не человек, а Макиавелли.

Хотя Федор Бурлацкий доказал, что Макиавелли – совсем не так плохо;

Кто тут сыграл роль Макиавелли и склонил Ши к своим планам – Рики?

А может, Макиавелли сидит сейчас напротив него?

Скорее всего, Фермина узнала о моих достойных Макиавелли интригах раньше меня самого.

В нем слишком много от Макиавелли, слишком много всего наворочено в голове.

Грейнджер снова остался ждать у ворот, у ног его три велосипеда, а сам сердито листал страницы карманного «пингвиновского» издания Макиавелли.

Макиавелли вздергивают на дыбе;

Еще нужно написать отзыв объемом от трех до пяти страниц на «Государя» Макиавелли для коллоквиума.

Я мобилизовал Иркины возможности и достал на несколько дней «Государя» Макиавелли.

Звягин чувствовал себя коварным, как Макиавелли, и неотразимым, как Дон Жуан.

Подумал: эх, Макиавелли не дожил!

Свой интерес имеет, – процедил генерал сквозь зубы, – Макиавелли, блядь, доморощенный.

Это верный Геббельс заключил договор со столичной фирмой «Макиавелли Н.».

Впрочем, губернатора Садальского мало интересовало, чем занимается фирма «Макиавелли Н.».

Вот ещё что, Геннадий Михайлович, – вернулся к прерванному разговору последователь Макиавелли, – вам бы надо завести любовницу.

Макиавелли работал бы у него референтом.

А вот Володю Соловьева, Бердяева, или еще лучше – Платона, Макиавелли, Плутарха…

Я не Платон, Ваня, ни Макиавелли, а возможно, Избранный, потому что только Избранный…

Как есть только один Николай – Николай Гоголь, так и есть только один Никколо – Никколо Макиавелли!

долго мы с Евпатием гутарили, целую главу из Макиавелли скурили, токма ничего утешительного мне Евпатий не сказал.

Скрутил Евпатий самокрутку (а он сейчас «Последнюю декаду правления Тита Ливия «курит (Макиавелли) и говорит:

Позже он привил братьям и Сацу вкус к хорошим алкогольным напиткам и дорогим рубашкам из бутика «Макиавелли».

Так что, не только нрав Макиавелли будоражит современного человека.

Взгляд его даже остановился на коричневой обложке «Государя» Макиавелли, но тут заиграл мелодию вальса телефон.

Про себя подумал: «Макиавелли недобитый…

Макиавелли ты недоделанный, думаешь, никто не догадается, к чему все эти материалы?

Ну, Стравинский – Талейран, Спиноза, Макиавелли, братец Лис, – Мое почтение, профессор.

Согласен с Макиавелли, что цель оправдывает средства, но с поправкой – цели у меня по жизни нет.

Макиавелли писал, что правитель свободен норм морали.

А между тем, зажги свечи у меня в кабинете и принеси мне из спальни большой фолиант Макиавелли.

гораздо лучше мчаться с легким сердцем на вершину каменистой горы, нежели сидеть в бельведере с Макиавелли.»

Томас Лонг, лишённый подобных черт, к сожалению для себя понял, что со времён Макиавелли ничего не изменилось, да и, наверно, не изменится никогда.

Не важно, пень я, скала, облако или Никколо Макиавелли.

По мне хоть пень, хоть Макиавелли.

Вряд ли он был знаком с трудами Макиавелли, но в умении нагнать страху отличался крайней изобретательностью.

«Это от того,» – говорит восьмилетний Макиавелли, – «что с ягодок шкурку не снять, они малы очень.

Может, Макиавелли – как раз то, что нужно под какао и собачий храп».

Фэри, мне кажется, это написал не Макиавелли, а наша Энн.

Послушай, Макиавелли, – оборвал его Сергей, – перестань в своей любимой манере уводить разговор в другое русло.

Разве вы не знаете о Макиавелли и его учении о государстве?

Макиавелли и Дизраэли были отличными литераторами.

С ними в толпе слегка постаревший сер Пьеро, а также длинный и худой молодой человек с внешностью хорька – Никколо Макиавелли.

В церкви молятся Медичи, Симонетта, Макиавелли и их свита.

В церкви остаются только Макиавелли, который пишет в книжечку всё, что происходит, и Симонетта в слезах, держащая за руку Джулиано.

Из церкви выходит Макиавелли, он тоже с бумагой и пером, что-то пишет.

Макиавелли отвлекается на них, что-то быстро пишет.

За ним внимательно наблюдают Леонардо и Макиавелли.