52 предложения со словом «плакала»

Я тогда остановилась на обочине и плакала, плакала, плакала, и казалось, что со слезами из меня будто бы уходят остатки жизни.

Плакала Катрине-вейс, плакала Мария, плакала её мать, тяжко вздыхал отец.

Следовало подумать о будущем, но вместо этого хотелось забиться под одеяло и плакать, плакать, плакать…

и душа все время плачет, и самому все время плакать хочется или напиться, чтобы не плакать.

И вот она плакала-плакала и наплакала целое озеро.

Уж как я плакала, как плакала тогда!

Ну, экономка и призналась, да все плакала, плакала, прямо совестно.

Плакала свирель его весь день – то умолкала, то снова плакала.

А она плакала, плакала и жадно дышала всей грудью, словно чувствовала, что ей недолго еще осталось дышать…

А Настя, как толкнул ее брат, так и осталась на том месте, оперлася рукой о кадушечку с мукой и все плакала и плакала;

Только Настя не рыдала, как мать, а плакала тихо, без звука, покойно плакала.

Дома она долго плакала, вспоминая свой визит, – а плакала Танюша редко.

А потом Розмари плакала и плакала, уткнувшись лицом в колени матери:

Уж так я плакала, барыня, никогда так не плакала.

Варвара умоляла и плакала, плакала и умоляла, а Наденька взорвалась и обозвала Хомякова бессердечным мужланом.

Она плакала, уткнувшись головой в подушку, плакала долго, до тех пор пока и щека и подушка не стали мокрыми.

Непонятно было – плакала она перед этим или нет, однако интуиция подсказывала – да, плакала.

Вспоминая Майкла, она плакала так же, как, наверное, плакала в детстве.

Как она все плакала и плакала, когда умер тот котенок.

Котенок был болен с самого начала, но она все плакала и плакала.

Здена тогда плакала, а я сидела под столом на продленке и тоже плакала, пока пани Ержабкова не спрятала меня у себя.

Акслу почти два месяца ходила с опухшими глазами на свою работу, всё плакала и плакала!

Плакала, и думала, и снова плакала.

Мама плакала перед разлукой и обнимала ее, Таня тоже плакала и целовала маму и маленькую Женечку.

Но ты не плакала, ты никогда не плакала при мне, потому что – знаю – обещала, что не заплачешь.

Я плакала и смеялась, и снова плакала…

Она плакала по ночам, иногда даже плакала днем.

Черникина плакала так, что с нею вместе плакала взрослая, восемнадцати лет, медсестра Верочка.

Девочка у них всё плакала да плакала, руки опустить не могла: подмышками всё покраснело да опухло, было!

Денис растерялся и начал пытаться как-то успокоить меня, но я все плакала и плакала.

А Королева всё плакала и плакала.

Ее большая белая пушистая голова с розовыми нежными длинными ушами и прекрасными красными глазами плакала, и сердилась, и ругалась, и снова плакала.

Ночью в купе она тихо плакала на своей нижней полке, отвернувшись к стене, плакала легкими слезами.

Мама плакала и плакала, не могла успокоиться, я тоже очень тревожилась…

Тетя бросилась ко мне, обнимала и гладила по голове, а я все плакала и плакала, как будто только сейчас оплакивала все пережитое в последние дни.

всякая живая тварь плакала и плакала, и сбегалась, потому что март задурил всем нам голову и вывернул всех нас наизнанку;

Она уже не плакала, она больше никогда не плакала, если занималась с кем-нибудь любовью.

Уже потом я вспоминала, как баба плакала по якобы убитому нами поросенку, и думала: а плакала ли она так по мне, сданной в детдом?

Она стонала и плакала, я плакала вместе с ней.

Она плакала, что-то говорила долговязому мужчине и снова плакала, а тот стоял, опустив голову.

А она все плакала и плакала на плече у своего попутчика.

Потом ещё долго не отпускала, будто пальцы не могла разжать, держала меня до синяков, и плакала, плакала.

Она плакала, плакала от лихого ощущения жизни.

Я плакала, помню, что плакала, но недолго.

И я плакала, и Валентина плакала.

Она плакала в первый раз с тех пор, как оказалась дома, она плакала и жалела себя, жалела свою потерянную жизнь.

Ксеня плакала, плакала, может, оттого и померла.

Я плакала, но плакала от счастья, что он возвращается домой, что у него все самое плохое позади – я в это твердо верила.

Сказав их, она начала плакать, дрожа в лихорадке, и плакала так, что слезы безудержно лились у нее по щекам и мои пальцы стали совсем влажными.

Ида плакала и смеялась, я тоже, и все смеялись – нехорошо плакать в день свадьбы, и все наши смеялись над нами!..

Она плакала, закрыв лицо руками, и вдруг так же внезапно, как начала плакать, перестала.

И потом ее лицо пришло на мои колени, и она плакала, и держала меня, и я начал плакать.