52 предложения со словом «сидень»

Стали даже завидовать счастию Любови Яковлевны, несмотря на то, что по болезненному состоянию здоровья она была уже сидень.

Сидни же у вас в деревне сидят, вот уж точно сидни!

Привет Сидни, – поздоровался Майкл в ответ на кивок Сидни, сидящего в наушниках и фиксирующего все возможное с приборов.

Какие работки, коль сиднем живет!

А я сиднем сиди, – убивался Гоголь. 

Так чего ему дома сиднем сидеть?

Почему же я сиднем сидел в машине?

Вот чего не могли ни предугадать, ни вообразить все те, кто меня близко знал, – Сидни, Перегрин, Фрицци, да и Уилфрид и Клемент, когда были живы.

Это высказался Сидни.) А я, напротив, впервые в жизни чувствую себя абсолютно нормальным, свободным и счастливым.

Сидни Эш уехала в Стратфорд, провинция Онтарио, Фрицци Айтель погиб – процветает в Калифорнии.

И я, между прочим, отлично помню историю с такси после того завтрака в честь Сидни.

Сидни впоследствии готовил с ней Розалинду.) Я сделал из нее обворожительную Виолу, но величайшим ее триумфом в тот исторический сезон был Пэк.

Единственные счастливые женатые пары, которые я знаю, – это мои кембриджские друзья Виктор и Джулия Банстед, а в театре – Сидни и Розмэри Эш…

До чего же разношерстная компания: Клемент, Розина, Уилфрид, Сидни, Перегрин, Рита, Фрицци, Жанна, Алоиз Булл…

Сидни Олтшелер стоял у окна в своем кабинете на одном из верхних этажей небоскреба «Тайм» – «Лайф» и смотрел на огни в соседних зданиях.

Вот он какой был чистоплотный и наряжался каждое воскресенье, даже если никуда не шел, галстук и то наденет, а потом сиднем сидит здесь, в бараке.

Дядя Сидни, мамин брат, был низеньким, толстым и краснолицым.

Предположим, – говорил дядя Сидни, – я – надену твою шапку.

У твоего сына нет чувства юмора, Майра, – сказал, обидевшись, дядя Сидни маме. 

Ему вообще не нравилось это слово – оно напоминало о шутках дяди Сидни.

Первая – что его отец не любил дядю Сидни, хотя всегда был с ним безукоризненно вежлив.

А было бы лучше, если бы я походил на дядю Сидни? 

Если бы я был похож на дядю Сидни… 

Если бы я был дядей Сидни, мне пришлось бы жить в «Ларч-Херст», а не здесь.

«Ларч-Херст» был большой кирпичной виллой под Бирмингемом, где Вернон однажды гостил у дяди Сидни и тети Кэрри.

Она сказала, что уедет к дяде Сидни в Бирмингем, если тетя Нина приедет в Эбботс-Пуиссантс.

Мама два дня сидела запершись в своей ком-нате, слуги ехидно перешептывались по углам, а дядя Сидни приехал попытаться исправить положение.

Дядя Сидни, безусловно, успокаивающе действовал на Майру.

Да-да, дорогая, знаю, – кивал дядя Сидни. 

Я не оправдываю Дейра, – продолжал дядя Сидни. 

Ты была чертовски хорошенькой – и осталась таковой до сих пор, – галантно добавил Сидни.

Ты пилишь его, – отозвался Сидни. 

Дядя Сидни устремил взгляд в потолок и громко звякнул монетами. 

Безусловно, нет, – еще поспешнее отозвался дядя Сидни. 

Дядя Сидни придвинул стул к столу и сел с видом человека, приготовившегося к деловому разговору.

Да-да, – терпеливо кивнул дядя Сидни. 

Брак – штука деликатная, – задумчиво продолжал дядя Сидни. 

В том-то и дело, – радостно кивнул дядя Сидни. 

Верно, – согласился дядя Сидни. 

Ты такой тихий – тебя и не услышишь, – пожаловался дядя Сидни. 

Серьезный парень, – заметил дядя Сидни, повернувшись к сестре. 

О чем вы говорили с дядей Сидни?

Дядя Сидни и тетя Кэрри надеются, что в июне у них появится хорошенький маленький мальчик – твой кузен.

Опасавшаяся дальнейших расспросов, Майра лихорадочно пыталась вспомнить, что именно говорили она и Сидни.

А дядя Сидни и тетя Кэрри хотят, чтобы у них был мальчик?

Мистер Флемминг, адвокат из Лондона, и дядя Сидни приехали в Эбботс-Пуиссантс.

Рейчел живет для других, отчего ее близкой подруге Марго Сидни (Сид), обучающей в Лондоне игре на скрипке, зачастую приходится нелегко.

Мой свет – это Арденнский лес, сонет сэра Филипа Сидни, сюита для клавесина Пёрселла, картина Брака.

Принимайтесь-ка за работу, Сидни, принимайтесь за работу!

Ну, теперь дело в шляпе, Сидни.

Отлично вы сегодня ставили вопросы свидетелям, Сидни;

Ах да, – молвил Картон со вздохом, – все тот же Сидни, и все та же моя горькая судьба.