52 предложения со словом «стонали»

Так стонали и стонут, и, наверное, будут стонать многие ревнивые свекрови!

Целую неделю они в муках умирали, скулилы, стонали и плакали, плакали и стонали, как люди.

Тысячи стонали, как ты стонать будешь в долгой, долгой неволе…

Держась друг за друга и, продолжая стонать, даже не стонать, а тихо по-собачьи поскуливать, они проковыляли вдоль берега.

Бешеный ветер бил в ворота, дудел тяжко и скорбно, и плакали дерево, медь, железо, стонали задвижки и засовы, а у нее стонала душа.

Стонало чудовище, стонали деревья, земля и небо в тот момент плакали.

Разве что стонать от боли, как стонала одна собака, когда мне было лет четырнадцать.

Всю ночь люди в грязных, разорванных, обгоревших и окровавленных гимнастерках стонали, хрипели, ворочались.

Все это он выдумывал, – не стонали раненые, и пули не свистели.

Изредка лишь слышно было, как рушилась в очаге подгоревшая головешка да измученные собаки вздрагивали и стонали во сне.

Птицы выли, стонали и били крыльями страшную тревогу по всему лесу.

Они охали, стонали, встряхивались и садились, не открывая глаз и не разнимая рук.

Деревья, все в крови, казалось, горели и стонали.

Люди качались от смеха, как больные, и стонали.

Птицы стонали и били крыльями страшную тревогу по всему лесу.

Во сне стонали вы, а утро-то какое!

Ночами в казарме у нас многие бредили, стонали и вскакивали с постелей в некоем ужасе…

Оба приятеля выли и стонали от нестерпимых колик.

Мужики и солдаты галдели, раненые ругались или стонали, будто нарочно.

У других были развязаны на груди тесемки солдатских посконных рубах, они быстро стонали, бредили.

Стонали на ожерелках и на сбруе бубенцы, заливаясь неумолкаемою песнью.

Раненые ожидали по часу и более своей очереди, хрипели, стонали, плакали, кричали, ругались, просили водки и бредили.

Виолу валял, и «параллельная» Леночка с «непараллельным» Ромочкой стонали, и даже, по рассказам, кого-то с Байковой видели.

Многие тихо стонали и крестились;

Дамы Крэнфорда и так уже стонали от вторжения на их территорию мужчины.

Чахлые деревца, посаженные вокруг маяка, гнулись и стонали под напором ветра.

Тут стонали и молились женщины и плакали дети.

Выли, стонали сирены, сообщая моменту оттенок безумия.

Раненые в соседнем вагоне подняли такой дикий шум – стонали, кричали, бредили, – что уснуть было просто невозможно.

Суда с камнями стонали и ударялись друг о друга в образовавшемся водовороте;

Когда они стонали достаточно громко и достаточно долго, человек пугался и жертвовал им курицу или оставлял им фунт масла.

Люди перестали говорить, а только стонали или выли, как псы;

Везде лежали убитые, раненые стонали, плакали, некоторые тут же умирали.

Но сражения эти происходили практически беззвучно: они не говорили друг другу ни слова, не стонали, не выкрикивали проклятий.

громче всех стонали недовольные владельцы и кучера омнибусов.

Реи стонали так, что я сжал бы зубы, останься у меня на это силы, а затем – о, затем!

Грузовые цепи стонали в ручных лебедках, с бряцаньем ударялись о края люков, звенели за бортом;

пустая комната, где половицы стонали от каждого моего шага, походила на трухлявый, отвратительный гроб;

Неужто же нам ради того погибать, чтобы дети наши стонали в неволе?

Люди перестали говорить, а лишь стонали и выли, как псы.

Единственное, что наводило страх, так то, что почти все люди стонали от боли.

Внизу, на столах, уткнувшись в тарелки, и прямо на земле валялись, храпели, стонали перепившиеся вконец гости.

Только слышно было, как трудно ржала чья-то лошадь в улице и возле ограды стонали двое или трое.

Они стонали, подлаживаясь тоном друг под друга, – может, им легче так было, и уже через час их голоса стали для роты привычной тишиной леса.

И свистели стрелы, звенели мечи, ржали кони, стонали раненые…

На речных заводях в упоении стонали лягушки…»

Раненые стонали и дико кричали.

Водитель и пассажир стонали, вжатые в сиденья покореженным металлом.

Кто-то курил, кто-то жевал принесенные из дома лепешки, некоторые потирали больные места и стонали от боли.

Ступеньки под ними кряхтели и стонали, словно готовы были развалиться в любую секунду.

В трюме стояла жуткая вонь, по ночам стонали больные, даже наверху, на палубе, держался запах рвоты.

Маленький Жан раскашлялся, старухи стонали, Берта и Жюль поддерживали Бабулю под руки.