52 предложения со словом «страхи»

Страх быть «опущенным» превосходил все прочие страхи, даже страх физической боли.

Страх сопровождает нас по жизни с детства и, наверное, первые страхи – это страх темноты, высоты, громких звуков и т.д.

Страхи перед будущим, страхи перед неведомым.

Страх, страх, куда ни сунься, везде этот липкий противный страх.

Ненавидел страх остаться без работы: страх перед крушением бизнеса, страх перед безденежьем и нищетой.

Ты же прекрасно понимаешь, что в нем нет ощущения смерти, только страх, страх, страх.

Страх не должен поглотить, страх убивает разум, страх не должен руководить!

твое изменившееся лицо добилось от меня другого, страх за тебя превзошел все другие страхи.

Хотя он и побаивался своей бабушки, но страх остаться ночью одному побеждал все другие страхи.

Мне ведомы страхи, о которых они молчат, страхи, которым нет названия!

Главное, большие страхи огладить и успокоить, а мелкие страхи сами пройдут.

Детские страхи – это всё-таки детские страхи, и они давно прошли.

И страхи, страхи-тревоги – тоже навязчивые.

Страхи дневные, страхи ночные, идите на заячьи тропы, на их норы, под их кусты.

Вроде бы прошлые страхи закончились, но появились новые: страх разбить машину, страх угона, страх кражи, и снова страхи.

Все страхи от внешнего мира входят в страхи от себя, людей и природы.

То есть, с одной стороны, их эти страхи мучают, а с другой – они сами эти страхи свои очень оберегают и расстаться с ними жалко – чай, привыкли уже.

Страхи, ну, во-первых, это просто страхи, которые ты сам себе напридумывал.

в селении, где выросла Ренехбет, объясняли ночные страхи совсем иначе, – когда мы встаем утром, страхи рассеиваются.

Все это теперь вскипело в нем, и страхи, исходящие с Болотной, слились с мучительными страхами в ожидании предательства Стоцкого.

Страхи маленького Серафима равнялись всем твороговским страхам, помноженным на десять.

Больной Вайнер с приступами страха, после пяти сеансов гипноза успокоился, страхи исчезли!

Может, это страх, банальный человеческий страх.

Я принесу им новый страх, еще один страх к тысяче страхов, переполняющих их жизнь.

Уже не досада меня грызла, – тайный страх терзал меня, и не один страх я чувствовал…

Но он не ясновидец, я любила и наверное слишком сильно, но страх мешал мне проявлять свою любовь, страх того, что меня отвергнут снова.

В любви нет страха, но совершенная любовь изгоняет страх, потому что в страхе есть мучение.

Вот из какой глубины этот страх наготы, трансцендентный страх пола – стыд.

Страх, который у нее был с самого утра, страх осуществляемого искушения, может быть, пришел из-за крови этой женщины;

безотчетный страх перед змеями (или тот же болезненный страх перед тараканами, о котором я уже писал)…

Боязнь общественного мнения, эта основа морали, и страх перед Богом, страх, на котором держится религия, – вот что властвует над нами.

В вашу душу проникнет страх, но повторяю: это здоровый страх, потому что он приводит за собой решимость во что бы ни стало освободиться от него.

А чтоб бегать, страх нужен, страх, что тебя сожрать могут.

Ею владел не только страх женщины, матери двух его сыновей, но и другой страх: каким он будет там, на этой, наверно, действительно страшной войне?

Страх и неопределенность сопровождали рождение каждого из них, страх и неопределенность и далее нависали над ними.

И все-таки страх, подлый рабский страх глубоко угнездился в душе.

Но шум в ушах все усиливался, и впервые после того, как она приняла таблетки, Вероника испытала страх, жуткий страх перед неизвестностью.

Страх потерять сестру, страх оказаться на втором месте, опять стать «другой сестрой», близняшкой, вечно запаздывающей младшей, медлительной…

Страх, что я потерял паспорт, забыл, выронил, – этот страх душил меня, и я просыпался с диким сердцебиением, потный от удушья.

Это был еврейский страх – страх быть евреем, выглядеть евреем.

Это страх потерять опору, источник для поддержания жизни, короче говоря, это страх собственной смерти.

Страх за мамину жизнь, страх за себя, обида на отца, непонятные отношения между мамой и отцом, их разочарование в жизни…

Страх умереть, страх остаться голодным.

И этот страх, постоянно этот страх: не соответствовать.

Так, что писал Лорно – нужно преодолеть главный страх, страх невозврата.

А когда в глазах обидевшего его тоже промелькнул страх, и страх еще больший, Человек ощутил могущество и удовлетворение, не испытываемые прежде.

Жалость и страх, жалость и страх.

Ее страх возрастал с каждым его шагом, панический страх: как во сне, когда убийца заносит нож, и хочешь убежать, но не можешь.

Молодой коробейник с резвыми и безотказными, как у волка, ногами, Ешуа испытывал в ту пору только один страх – страх перед бедностью.

Страх, один лишь безотчетный страх застыл на прелестном ее лице.

Страх сегодня, страх перед завтрашним днём, ужас и безнадёга.

Людей нужно успокоить, ими движет страх, а страх – от неведения.