52 предложения со словом «тарту»

На мотоцикле промчался бы с ней через Таллин и Тарту.

На мотоцикле промчать через Таллин и Тарту…

Тишком возили уловы в Тарту на базар, то сами, то через посредников.

Принимать предложение банкира он не собирался, он не хотел в Таллин, его дом был в Тарту.

О парне мы говорили не в Тарту, а три года спустя, когда она приезжала на обследование в клинику «Сантаришкес».

Прохожие изредка оборачивались, удивляясь скромному юноше, который идет по Тарту и торжественно держит перед собой какой-то кулек.

Олег шел по Тарту и что-то радостное насвистывал себе под нос.

Отвел бы меня на крышу, посадил бы в шезлонг и налил бы коньяку прямо в чайную чашку, как мы делали в Тарту.

О том парне мы говорили не в Тарту, а три года спустя, когда она приезжала на обследование в вильнюсскую клинику.

Я так боялся этого взгляда, что, вернувшись из Тарту, несколько недель не смел признаться матери, что меня исключили.

После первого семестра я приехал домой, в феврале мне предстояло вернуться в Тарту, чтобы сдать два паршивых зачета, эстонский язык и физкультуру.

Даже промозглая погода не мешала им наслаждаться уютом таллинских кафе, спектаклями Паневежского театра, уличками и музеями университетского Тарту.

Ни на Ереван, ни на Тарту, ни на другие столицы у меня не было денег.

Мама, тогда еще молодая девица, жила с родителями в Тарту, где училась в тамошнем, известном всей Европе университете.

В составе воинов – освободителей Эстонии, в частности города Тарту, был некий майор политотдела одной из армий 1-го Прибалтийского фронта.

Майор отбыл, а вскоре в Тарту началась та самая высылка интеллигенции в Сибирь.

А ее родители оставались в Тарту, где и прожили свой век, не слишком хорошо, но и, слава Господу, не так уж и плохо.

Вот как раз незадолго до открытия той самой Олимпиады Агне предложила мне поехать в Эстонию, в Тарту, в виде летнего отпуска, так сказать.

А что, хорошая идея, тем более там я никогда еще не бывал, и остановиться есть где, потому что в Тарту еще живет тетка Агне, сестра покойной мамы.

Мы поехали поездом, но не до Тарту, а до Пскова.

Еще – полководцу Барклаю де Толли, жившему в Тарту в имении жены.

Странно или нет, но из всего пересмотренного в Тарту мне более всего запомнилась одна из церквей, а точнее, кирха.

Напоследок мы вернулись на два дня в Тарту, к тетке моей Агне.

И об этом узнали, лишь когда отец прикатил за ней в Тарту, чтобы забрать в Москву.

Но тут, после поездки в Тарту, появился повод принять приглашение – ну хотя бы потому, что есть общая тема для беседы.

Родина его покойной жены – Эстония и конкретно Тарту, места, где «отец Федор» когда-то воевал и где встретил будущую мать моей (нашей с ним) Агне.

Вот мы сегодня вспоминали Тарту.

Но вскоре я получаю письмо из Тарту: отца моей любимой арестовали, всей семье грозит высылка в Сибирь.

Лети в Тарту, забирай свою невесту и потом сразу женись.

Лети в Тарту, а я доложу руководству…

Короче говоря, к означенной дате поехали в Тарту, причем втроем, то есть вместе с Федором Ивановичем.

Есть родственники и в Эстонии, в Тарту.

Приехала провинциальная вчерашняя школьница в Тарту.

Со мной в Тарту учился мальчик Саша, из-за которого все девочки возненавидели друг друга и желали друг другу чуть ли не смерти.

Вместе с нами работали и ночевали посланцы городского пролетариата из Риги, с завода ВЭФ, студенты из Тарту.

Для нас троих и для учительницы из Тарту с двумя детьми.

А с учительницей из Тарту она быстро подружилась.

Мы сначала думали, это потому что у них в Тарту моря нет, а потом нам объяснили, что у нее такое заболевание теплообмена – она холода не чувствует.

И учительница из Тарту молчит, хоть она тоже эстонка, как и Эрика.

Но Марис все равно села, и тут нас мама и догнала с учительницей из Тарту.

А учительница из Тарту с Марис обратно пошли отдельно, и она тоже ей всю дорогу что-то говорила.

И вот потом, когда «упали» первые деньги, настоящие и легкие, затеялся переезд в тот первый настоящий офис, и специально был послан толкачок в Тарту.

Тарту тогда был для граждан понятней и ближе, чем Румыния, но такого стола, какого хотелось Мокрякову, и там не было.

Тарту непонятней, чем Таллин и даже Пярну, и оттого таинственней.

Затем положили в автобус и повезли по распаханному полю в Тарту.

Впервые встретились на юношеском чемпионате страны в Тарту и стали переписываться, как тогда переписывались все.

Дело в том, что мы забирали компьютеры из Тарту.

Когда летели в Эстонию первый раз, то вместо Тарту приземлились в Таллинне, а это, на минуточку, 200км расстояние.

За фрахт самолета денежки оплачены, в Тарту за компы опять же, финансы сброшены.

Мы влились пополнением в 128-ю дивизию, два дня назад взявшую город Тарту.

Русские взяли Дерпт (Тарту), а затем Нарву, и это вызвало раздражение молодого амбициозного шведского короля.

Позже он переехал в Петербург, в двадцатом году при большевиках – в Эстонию, в Тарту, и, конечно, забросил охоту и рыбную ловлю.